Поиск по сайту




Пишите нам: info@ethology.ru

Follow etholog on Twitter

Система Orphus

Новости
Библиотека
Видео
Разное
Кросс-культурный метод
Старые форумы
Рекомендуем
Не в тему

18 февраля 2019 года (понедельник) в 19:30
В центре "Архэ-Лайт" (Москва)

Состоится лекция «Инстинкты человека»

Подробности

Все | Индивидуальное поведение | Общественное поведение | Общие теоретические основы этологии | Половое поведение


список статей


Национализм в этологической перспективе
Л.И. Иликова
Обсуждение [0]

Национализм как общественное явление известен очень давно и в самых различных прочтениях: говорим ли мы о национализме в его нейтральном или негативном понимании. Общественное мнение, по крайней мере, в нашей стране, до сих пор привычно трактует национализм как идеологию этнической дискриминации, разделения по этническому принципу и национальной исключительности, зачастую отождествляя понятия «этнос» и «нация».  В данной статье национализм трактуется  нейтрально,  как стремление общности к обретению или удержанию политической власти в рамках государства, к приведению в соответствие национальных и государственных границ государства, в том случае, если эти действия оправдываются  интересами нации как согражданства. Для рассмотрения в этологической перспективе больший интерес представляет этнический национализм и этноцентризм, поэтому речь пойдет больше об этнонационализме и этнической мобилизации В то же время подчеркивается общность  принципа «мы-они»  для понимания и нейтрального «гражданского национализма», и для национализма этнического..  

Итак, предположим, что основания для возникновения национализма, этнонационализма, этноцентризма и ксенофобии имеют многие общие черты, если не сказать больше. Изначально это - разделение «мы - они», «» (введенные У.Самнером понятия «мы-группа», «они - группа»), при этом отношение к «свой – чужой» к членам своей  «мы -группы» проявляется как лояльность и  согласие, а взаимоотношения между “мы — группой” и “они — группой» характеризуются наличием потенциальной настороженности, недоверия и даже враждебности.

Национализм - гражданский или этнический остается актуальной проблемой практически всех современных обществ. Достаточно часто национализм трактуется как феномен современности, или как явление, возникшее с ростом промышленного производства. Многие исследователи в своих работах связывают появление национализма исключительно с эпохой современности, считая его следствием изменившихся социально-экономических и социально-политических условий. В то же время есть доказательства того, что этнический национализм как форма агрессивного поведения по отношению к «чужим», то есть «другим» существовала довольно давно,  есть свидетельства «древности» национализма как разделительной идеологии (разделяющей по принципу «мы-они»), например такое документированное свидетельство как шотландская «Declaration of Abroath» 1320 года. Если не принимать в расчет культурно-временные особенности самих проявлений этноцентристской, этнонационалистической дискриминации, то можно сделать вывод, что суть явления одна и та же – выраженное предпочтение членов «своей» группы и дискриминация членов «чужой» группы.

Этнический национализм и этническая мобилизации – постоянные спутники современного этапа развития общества. Время от времени этнически окрашенные конфликты затихают и практически совсем уходят с общественно-политической сцены, но затем возникают вновь в тот самый момент, когда, казалось бы, эта проблема совсем решена.  Самый интересный момент – скорость этнической мобилизации. Учитывая то, что это всегда групповой процесс, можно проанализировать этническую мобилизацию с точки зрения теории подражания или психологии толпы. В  то же время, даже при массированных усилиях «конструирующих элит» (в том случае, если мы придерживаемся конструктивистского подхода), явно,  что для создания разделяемой большой группой людей идеологии требуется не одно десятилетие, для того чтобы люди настолько прониклись этой идеей,  чтобы идти на активные действия и быть готовым пожертвовать собой во имя интересов группы.  Будь это «воображаемое сообщество» или «иррациональная составляющая – мощный эмоциональный заряд» этнонационализма, по какой-то причине люди очень живо и быстро реагируют на все, что касается безопасности  и благополучия их этнической группы. Это распространяется даже на те случаи, когда людям приходится впервые вспоминать о своей этнической принадлежности впервые при возникновении мнимой или реальной угрозы (то есть даже люди с так называемой этнической гипоидентичностью). Закономерно, что возникает вопрос: почему «этническое возрождение», этническая мобилизация происходит так быстро, почему эмоциональный отклик на «угрозу» своей группе приходит с такой скоростью и интенсивностью, заставляя сплачиваться против «чужих»? В общественном дискурсе проблема этничности и этнонационализма обсуждается достаточно давно, выделяются отдельные подходы, каждый из которых предлагает свой ответ. Тем не менее какой-либо подход в отдельности не объясняет проблему полностью. 

Так, примордиалисты утверждают, что чувство этничности присутствует всегда и всюду,  что этническое самосознание человека – врожденный атрибут его существования,  «эмоциональный заряд, лежащий в основе его поведения» (Эпштейн).  Социально значимая сила этнического самосознания заключена в усилиях «восстановить те условия жизни, при которых  некогда удовлетворялись определенные потребности;… попасть туда, где они смогут считать себя дома, и где, объединившись со «своими» они смогут обрести чувство эмоциональной и физической безопасности» (Исаакс). 

Конструктивисты уверены, что всплески этнонационализма в большинстве случаев имеют место тогда, когда они провоцируются «конструирующими элитами» на фоне общего социального неблагополучия (социального неравенства, культурной дискриминации и пр.) Согласно постулатам социобиологии,   некоторые характеристики человеческой природы создают необходимые условия для возникновения и существования этноцентризма, который определяется как генетически заданный тип поведения, отдающий предпочтение «своим» перед «чужими». По мнению социобиологов, сознание группового родства запечатлено в генетическом коде человека как результат тысячелетней истории  человечества, когда способность узнавать «своих» была жизненно важной для выживания., «свой» язык признается более естественным для носителя языка, анализируется и неприятие «чужих» по морфологическим основаниям: наибольшая напряженность возникает там, где разделение происходит по биологическим – цвет кожи, строение лица и костного скелета. Такой подход во многом может объяснить причины  ксенофобии как явления.

Можно согласиться с правотой каждого из этих, кажущихся разнонаправленными утверждений. В то же время, каждое из них по отдельности не объясняет проблему полностью, оставляя нераскрытым какой-либо аспект. Так примордиализм  не объясняет, почему этническое чувство, «существующее всегда и везде»,  активизируется в отдельные моменты времени и не у всех представителей этнической группы; конструктивизм – если этничность это конструкт, то откуда возникает настолько сильный эмоциональный отклик и за такое короткое время.  социобиология лишь в небольшой степени анализирует роль социальных причин.

Интересный вариант решения предлагает этология. Согласно основным постулатам этологии, человек- это изначально животный вид, а его глубинные инстинкты в процессе развития  трансформировались социально-культурные нормы и правила поведения. Введенный в научный оборот У.Самнером принцип разделения «мы - они» соответствует этологическому принципу выживания стада: различать «своих» и «чужих» жизненно важно; при угрозе для своей группы надо сплотиться и вместе выступить против общего врага, только эта позиция приведет к успеху. Видимо, такое поведение однажды принесло успех группе, затем стало осознанно повторяемым, а впоследствии закрепилось на неосознаваемом уровне и стало передаваться следующим поколениям. Так как это было важно для выживания, такая поведенческая реакция должна вызываться и проявляться с максимально скоростью и интенсивностью.

Итак, способность различать «своих» и «чужих» закреплена у человека на генетическом уровне с тех пор, когда он еще жил в условиях стада доисторических пралюдей. Доисторический человек должен был уметь узнавать членов своей группы (стада) достаточно быстро, и вблизи, и на расстоянии. Логично было бы предположить, что с течением времени  необходимость узнавания  закреплялась на подсознательном уровне, и реакция на узнавание  стала инстинктивной (физилогической?). При этом человек в первую очередь ориентировался на внешнюю схожесть или несхожесть  с представителями своей группы: чем более человек не похож, тем более резкую инстинктивную реакцию неприятия он вызывает (не отсюда ли корни расизма?) Но почему способность узнать и вовремя отличить «своих» от «чужих» оказалась настолько важной для человека? Этологи утверждают, что человек всегда вел себя очень агрессивно по отношению к представителям своего вида, если они непосредственно не являлись членами его группы. В различных источниках (археологические раскопки, исторические свидетельства и т.д.) приводятся подтверждения того, что убийство, каннибализм, насилие были неотъемлемой чертой поведения доисторического человека. Эти черты проявлялись в тех случаях,  когда речь шла о заселении и удержании территории, и соответственно жизненно важных ресурсов (пища, вода, охотничьи угодья, жилища). Утверждается также, что рост агрессивности по отношению к чужим связан также с увеличением плотности населения: «возникает субъективное ощущение, что «тут кто-то лишний», а этот сигнал запускает инстинктивную программу: «найди своих и отделись от чужих. Вместе со своими прогони чужих» (В.Дольник). Отсюда вывод, что агрессивное поведение человека как биологического вида по отношению к себе подобным – это практически норма, закрепленная в морали. «Почти норма», потому что особенно проявляется в условиях неблагоприятных для развития и самого выживания группы. В таких условиях группа инстинктивно испытывает неприязнь к «чужим», неприязнь, которая может принимать различные формы, вплоть до открытой и яростной агрессии. Это утверждение перекликается с мнениями тех социологов, которые справедливо утверждают, что националистические призывы и обострение национальной розни, конфликтов появляются именно тогда, когда социальное благополучие людей падает, когда появляются социально-экономические проблемы,  то есть тогда, когда какая-то часть общества начинает чувствовать себя обделенной и  лишенной «заслуженных благ». Именно в этот момент начинается так называемая «этническая мобилизация» и активный поиск «виновников» такой ситуации, когда несмотря на нелогичность такого подхода,  виноватыми объявляется кто-то чужой, а решением проблем оказывается подавление, изгнание или даже физическое уничтожение «виновников». Естественно, что проблемы это не решит,  но в таком поведении люди реализуют свою инстинктивную потребность выплеснуть агрессию. Получается, что это инстинктивное поведение, и «агрессивная» группа чувствует символическое удовлетворение от таких действий.

В социологии существует несколько подходов, рассматривающих причины этнической мобилизации в том или ином виде (начиная с теории народонаселения Мальтуса, инстинктивизма Мак-Дугалла до представителей конструктивистского подхода). Можно сделать такое обобщение: этническая реакция группы с наибольшей вероятностью вызывается при следующих условиях:

1. наличие угрозы извне (реальной или мнимой)

2.социально неблагоприятной ситуацией – т.е. ограничением жизнеобеспечивающих ресурсов

3. перекосом в демографической ситуации (когда, например, численность переселенцев, некоренного населения быстро растет, а численность коренного населения снижается)

4. усилиями элит или других общественных групп и движений пропагандируется идеология этнического национализма и ксенофобии.

 

Поэтому, для анализа национализма и этноцентризма должна быть выработана некая интегральная теория, которая учитывала бы не только социальные факторы существования человека, но также и свойства биологической природы, так как многое свидетельствует в пользу вывода о том, что в этнической идентификации, этноцентристском и этнонационалистическом поведении важная роль принадлежит инстинктам.  Этнический национализм часто вдохновляет преданность, превосходящая по силе  любые другие политические убеждения, нередки насилие и кровопролитные конфликты. Теории, полностью исключающие рассмотрение «человеческого», точнее биологического фактора не дают ответа на вопрос о причинах столь активного поведения в этнической сфере.  Поэтому особого внимания заслуживает этологическая перспектива этнонационализма –  подход к изучению происхождения национализма, учитывающий биологическую сущность человека как вида и позволяющий прогнозировать общественное поведение этнических групп в различных социально-демографических ситуациях.

 


2006:01:12
Обсуждение [0]