Поиск по сайту




Пишите нам: info@ethology.ru

Follow etholog on Twitter

Система Orphus

Новости
Библиотека
Видео
Разное
Кросс-культурный метод
Старые форумы
Рекомендуем
Не в тему

18 февраля 2019 года состоялась лекция «Инстинкты человека»

Понравилась ли она Вам? Нужно ли делать другие видео-лекции по теме этологии?

Нам важно ваше мнение.

ПРОСМОТР ЛЕКЦИИ

Все | Индивидуальное поведение | Общественное поведение | Общие теоретические основы этологии | Половое поведение


список статей


Мартышкин труд
Е. Кудрявцева
Обсуждение [0]

Полеты в космос, разработка новых видов оружия, борьба со смертельными инфекциями — вот далеко не полный перечень исследований, в которых ученым не обойтись без опытов на обезьянах. В России готовы пойти еще дальше и доверить обезьянам самое дорогое: поиск лекарства от алкоголизма


Три тысячи макак разных видов проживает в селе Веселое Адлерского района города Сочи. Еще тут "прописаны" тысяча павианов анубисов и гамадрилов, зеленые мартышки и капуцины-плаксы — всего 4,5 тысячи особей. Больше, между прочим, чем все население поселка, без учета приезжающих летом туристов.

В принципе, Веселое ничем не отличалось от прочих сел, утопающих в садах на берегу Черного моря, пока здесь в 1981 году не появилась первая достопримечательность — филиал известного на весь мир сухумского НИИ экспериментальной патологии и терапии. Лет через десять появилась вторая "достопримечательность" — КПП на границе с Абхазией. В 1991-м в то же Веселое во время грузино-абхазского конфликта ученым удалось переправить из Сухума только некоторое оборудование (почти все 5-тысячное стадо обезьян при этом погибло от голода). Так возникло НИИ медицинской приматологии РАМН.

— Здесь у нас котельная, здесь сидят бухгалтеры, здесь павианы, а там — Сережа с семьей,— проводит экскурсию шофер, показывая на группу любопытных обезьян (кажется, это макаки-резус), следящих за нами из клетки. Сережа — так зовут их вожака.

Мы едем по большой, в сто гектаров территории НИИ приматологии. После перестройки ее несколько раз пытались сократить, но институт свои права отстоял: все-таки второго такого учреждения в России нет. Это единственный центр, где разводят и используют в научных экспериментах обезьян, без которых сегодня в современной науке делать просто нечего. Для сравнения: в Европе действуют 9 приматологических центров, а в США в 12 государственных научных институтах, вивариях НАСА, Минобороны и крупных производителей лекарств содержатся почти 100 тысяч обезьян.

Физиолог Алла Шмалий впервые в России испытывает лекарство от алкоголизма на обезьянах

Физиолог Алла Шмалий впервые в России испытывает лекарство от алкоголизма на обезьянах

Фото: Леся Полякова, Коммерсантъ

Примат науки

Территория НИИ приматологии в Веселом экологически безупречна и довольно пустынна: в траве резиновым боком блестит уж, а из-под ног разбегаются разноцветные коты, которые явно дразнят обезьян. Да и местные приматы не похожи на добродушных сородичей в памперсах, с которыми фотографируются отдыхающие на набережной Сочи. Если подойти поближе к клетке с мартышками, там начинается громкий переполох, а крупные самцы павианов воинственно бегают вдоль клетки, показывая красные, как закатное солнце, ягодицы.

На каждой клетке висит покрашенный ящик, напоминающий те, в которые раньше в подъездах бросали почту, через него засыпают сухой витаминный корм. Двое рабочих в синих халатах буднично тянут вдоль клеток тележку с обедом: помимо "хрустиков" там стоят гигантские кастрюли, полные моркови, вареных яиц, черного хлеба и нарезанных яблок, которые скоро сменят сезонные мандарины. Один из рабочих, сверкая золотыми зубами, ласково говорит: "Жри, жри, скотинка ты эдакая". Он дружелюбно выставляет руку в перчатке и резиновый сапог, на который тут же бросается самец гамадрила.

Владения института поделены на две части. В первую за 200 рублей могут попасть туристы, чтобы посмотреть забавных обезьянок, послушать экскурсию о вкладе обезьян в науку и заглянуть в спускаемый космический аппарат "Бион", на котором в 1987-м летали макаки-космонавты Дрема и Ероша.

Во вторую часть, включающую лабораторные корпуса и операционную, туристам вход запрещен. С пересечением этой невидимой границы начинается эксперимент: когда зоотехники отлавливают в вольерах нужных обезьян, их помещают в закрытые помещения в индивидуальные клетки. Сами сотрудники облачаются в халаты, защитные фартуки из плотного материала, синие резиновые перчатки, маски. Предосторожности эти не лишние: обезьяны ожесточенно кусаются и царапаются, что особенно неприятно, когда знаешь, что часть из них может переносить самые разные заболевания.

Олег Вышемирский из НИИ приматологии уверен, что приматы — не только далекое прошлое человека, но и его будущее

Олег Вышемирский из НИИ приматологии уверен, что приматы — не только далекое прошлое человека, но и его будущее

Фото: Леся Полякова, Коммерсантъ

До потери облика

Мелкий примат после очередной дозы спиртного встает на задние лапы, агрессивно бросается на прутья клетки и визжит. Потом смотрит куда-то в пустоту и вдруг засыпает, сползая на подстилку.

— В эксперименты по алкоголизации мы берем только здоровых мальчиков резус-макак,— рассказывает заместитель директора НИИ медицинской приматологии РАМН Олег Вышемирский.— Интересно, что некоторые из них с удовольствием пьют сок с водкой и ловят кайф, а некоторые пить наотрез отказываются. Иногда среди родных братьев один оказывается "пьющим", а другой — "абсолютным трезвенником".

Тот факт, что в природе обезьяны не прочь приложиться к забродившему фрукту, особенно к финикам и винограду, известен физиологам с начала прошлого века. Высказывалось даже предположение, что это процесс естественный — мол, так обезьянки выбирают себе более спелые фрукты. Но выяснилось: далеко не всякая мартышка будет "упиваться" до поросячьего визга. К алкоголизму склонна примерно треть приматов, другая треть может регулярно "выпивать", но зависимости у них при этом не будет, остальные же пить не любят и не могут — очень уж им плохо с утра. Точно такая же картина наблюдается и в человеческой популяции, что, собственно, и дает надежду на успешный поиск лекарства. Ученые будут изучать действие новых препаратов, которые разработал российский НИИ фармакологии им. Закусова РАМН. Название чудо-средства не разглашается, но, судя характеру экспериментов, оно будет снижать тягу к спиртному.

— В России подобные эксперименты никогда не проводились,— говорит руководитель проекта, старший научный сотрудник лаборатории молекулярной биологии НИИ приматологии Алла Шмалий.— До сих пор все работы по лечению алкогольной зависимости велись на мелких лабораторных животных. В мире и вовсе всего несколько групп в США занимается моделированием алкоголизма на приматах, потому что это довольно сложный процесс, а обезьяны — дорогой лабораторный объект, и такую роскошь себе может позволить далеко не каждый научный центр.

Правда, в советские времена в Сухуме с обезьянами-алкоголиками уже экспериментировали, но тогда изучали совершенно другие аспекты: ученые смотрели, как на фоне алкоголизма на организм воздействует стресс. Для этого обезьянам насильно вливали спиртное прямо в желудок или вводили в вену. Сейчас подобные методы запрещены во всем мире, так как приводят к ненужным страданиям животных. В нынешнем эксперименте обезьяны будут пить сами, когда и сколько захотят. Другой особенностью будет то, что ученые проводят свои алкогольные опыты на трехлетних макаках, что по человеческим меркам соответствует подростковому возрасту, в который, как правило, и происходит первое знакомство со спиртным. А спаивать обезьян будут сладким алкоголем — раствором этанола с сахаром.

— Статистика говорит о том, что употребление сладких алкогольных коктейлей молодежью стало огромной проблемой нынешнего поколения,— говорит Алла Шмалий,— потому что эффект добавления сладких веществ подстегивает привыкание и возникновение алкоголизма, так что эта работа очень актуальна именно для нашей страны.

Считается, что при регулярном прикладывании к спиртному алкоголизм у приматов развивается за 7 месяцев — примерно столько длится подготовительная часть эксперимента. Все это время обезьяны, участвующие в эксперименте, будут гарантированно получать улучшенный паек — сухофрукты, орехи, бананы, конфеты, печенье и кашу на молоке, чтобы сгладить стресс. А ученые — отслеживать все процессы, происходящие в организме подопытных приматов.

— Алкоголизм — заболевание, которое зависит от множества факторов,— говорит Алла Шмалий.— Мы будем пытаться отыскать тот спусковой крючок, который запускает этот механизм и делает его развитие необратимым. Здесь задействованы и генетика, и обмен веществ, и гормональные, и внешние факторы, например раннее отлучение от матери. Так что нам придется собрать колоссальный объем информации, и лишь после этого мы приступим к испытанию новых лекарств.

Работа с инфицированными животными — одна из самых опасных

Работа с инфицированными животными — одна из самых опасных

Фото: Леся Полякова, Коммерсантъ

Дарвин и все-все-все

Научить обезьяну принимать таблетки, давать лапу, чтобы у нее взяли анализы, да и в общем вести себя с медиками по-человечески — целая наука. В России на этот счет накоплен колоссальный опыт: мало кто знает, что первое в мире научное учреждение, где обезьян взялись изучать как модель человека, возникло именно в России после революции 1917-го. Для сравнения стоит напомнить, что в США еще в середине 1930-х один за другим шли так называемые обезьяньи процессы, на которых не самые образованные люди судили учителей, преподававших теорию Дарвина в школах.

СССР к этому времени уже освободился от предрассудков, зато в нем царили утопические надежды по поводу улучшения человеческой природы, порой весьма извращенными способами. Так, знаменитый биолог, автор работающих по сей день методик искусственного осеменения сельхозживотных Илья Иванов утверждал, что сможет воссоздать недостающее звено между обезьяной и человека, скрестив оба вида. Полученное потомство он предлагал использовать в качестве универсального воина или рабочего. Именно с подобными идеями Иванов приехал в Сухумский питомник — в местных газетах того времени есть объявления о наборе группы добровольцев. Правда, безуспешные попытки вывести нового человека он проводил в основном в Африке. Зато в Сухуме развернулись не менее смелые эксперименты по омоложению верхушки партии.

— Наш приматологический питомник создавали еще по указу наркома здравоохранения Семашко в 1927 году именно для того, чтобы подсаживать семенники шимпанзе престарелым коммунистам,— рассказывает Олег Вышемирский.— Одно время это было очень модно как у нас, так и в Европе. Говорят, в Париже это сделали более чем ста пациентам. Кстати, это одна из версий того, как вирус ВИЧ попал к людям.

Постепенно от столь радикальных методов лечения отошли, занявшись фундаментальным исследованием проблем старения, в том числе эндокринной системы. В этой области удалось достичь настоящих высот.

— Наш институт получал множество контрактов на проверку препаратов, связанных с репродуктивными технологиями,— говорит Надежда Гончарова, заведующая лабораторией эндокринологии НИИ приматологии.— Мы проверяли на приматах различные возовские препараты для лечения бесплодия и контрацепции, так как другие лабораторные животные тут не подходят — у них совсем иной механизм восприятия подобных веществ.

В начале 60-х годов прошлого века в мире произошла трагедия со снотворным талидомидом, который назначали беременным женщинам в виде успокоительного. Перед тем как он попал в продажу, ученые получили прекрасные результаты в опытах на крысах, но у людей все пошло не так. В итоге десятки тысяч детей погибли, тысячи родились с многочисленными уродствами. С тех пор ВОЗ выпустила документ, согласно которому все препараты для беременных и детей должны проходить опыты на приматах.

Вообще, именно на пике холодной войны, пришедшемся на 60-70-е годы прошлого века, опыты на обезьянах проводились максимально масштабно. В Сухуме даже побывала делегация из США, после чего американский Конгресс выделил фантастическую по тем временам сумму в 18,5 млн долларов на строительство целой сети приматологических центров. В первую очередь здесь ставили опыты по исследованию высшей нервной деятельности приматов, испытывали новые виды оружия, изучали лучевую болезнь, а после того как политическая обстановка в мире стала менее напряженной, интерес ученых сконцентрировался на инфекционных заболеваниях.

— В Сухуме были специальные изоляторы, где можно было работать с самыми опасными вирусами, в том числе с возбудителем желтой лихорадки,— рассказывает Олег Вышемирский.— Благодаря обезьянам сегодня у нас есть защита от полиомиелита, столбняка, коклюша, дифтерии, кори, краснухи, паротита. На них проводили работы по изучению брюшного и сыпного тифа, вирусного клещевого энцефалита, вирусных геморрагических лихорадок, гепатита и СПИДа. Сегодня ученые научились моделировать на приматах большинство заболеваний — это очень сложное направление, но без него невозможно изыскание новых лекарств и вакцин.

Например, одна из разновидностей вируса ВИЧ — вирус ВИЧ-2 — поражает только свинохвостых макак и макак-резусов. А пресловутый птичий грипп удалось смоделировать лишь на ливанских макаках, другие обезьяны оказались к нему абсолютно не восприимчивы, хотя ученые вводили вирус прямо в бронхи.

Кстати, академик Борис Лапин, который руководил институтом более полувека, в одном из интервью рассказывал, что в 70-е годы в институте изучали неизвестно откуда появившуюся вирусную болезнь, очень похожую на недавно напугавшую всех атипичную пневмонию. Но когда она появилась в 2010-м в Китае, он так и не смог получить доступ к материалам по работе с вирусом — они оказались полностью засекреченными.

Начиная с 1980-х на Западе стали вспыхивать скандалы, связанные с акциями защитников животных. В США журналисты крали подопытных обезьян из лабораторий, публиковали съемки скрытой камерой, где были запечатлены леденящие душу кадры жестокого обращения с животными. Некоторых ученых и их семьи длительное время подвергали травле, причем доставалось и действительно виновным, и тем, кто вел работу максимально корректно. Так или иначе, после многочисленных судебных разбирательств по всему миру был принят ряд законодательных актов, которые довольно жестко регламентируют работу с животными, а некоторые страны, к примеру Голландия, и вовсе запретили опыты на приматах. Тем, кто продолжает активничать и после этого, ученые советуют быть последовательными и отказаться от большинства лекарств, вакцин и антибиотиков (включая детские), потому что все они прошли проверку на приматах.

Панихида по устрицам

А вообще опыты на обезьянах — одно из самых дорогостоящих научных "удовольствий". Стоимость одной особи — порядка 2-3 тысяч долларов. В советское время основные поставки приматов в СССР шли через дружественную Эфиопию и Вьетнам — их вывозили сотнями тысяч. На Запад работала Индия и Африка. При этом смертность животных при перевозках зашкаливала: даже сегодня, хотя разработаны современные системы транспортировки животных, ученые стараются по возможности разводить обезьян сами. Покупать диких обезьян не только дорого, но и опасно, ведь они являются переносчиками целого букета смертельных инфекций, включая печально прославившуюся лихорадку Эбола. Так что на территории Института приматологии полно клеток с маленькими обезьянками — в год их рождается порядка 300-400 особей, часть из которых попадает в "детский сад", где воспитываются обезьяньи отказники. На территории института сейчас идет стройка, контуры которой явно напоминают возведение жилого комплекса с детским садом.

— Здесь будет трехэтажный корпус с операционной, зоной выхаживания и зоной наблюдения за животными с искусственными органами,— рассказывает Олег Вышемирский.— Нынешний директор института Сергей Владимирович Орлов — хирург, и у него налажены хорошие контакты с Медицинской школой Ганновера, которая в числе прочего разрабатывает новые технологии пересадки биологических сердечных клапанов. Это особенно важно, потому что речь идет о маленьких детях, которые ждут своей очереди на операцию. Еще у нас подписан контракт на отработку имплантации искусственной части диафрагмы — такое делается в единичных центрах мира. Сейчас мы активно тестируем новые препараты, в том числе и от рака, на основе моноклональных тел — особой химеры из антител мыши и человека. А что касается обезьян, то все мы перед ними в неоплатном долгу.

Пока новые помещения не построены, ученые работают в старых, которые, мягко говоря, не очень похожи на здания научного центра. Что уж там говорить, если газовое отопление в Веселом появилось только в прошлом году — спасибо мартышкам и Олимпиаде: старая котельная на территории института, окруженная черным болотом из мазута, никак не вписывалась в светлый облик Сочи-2014, поэтому в село наконец-то провели газ, о чем местные жители просили десятилетиями.

 


 

Возможно, в скором времени благодаря этим самым мартышкам мы получим, наконец, работающее лекарство от алкоголизма и у людей появится дополнительный шанс оставаться людьми. Что мы им можем дать взамен? Купим на входе в зоопарк или в питомник лишний пакетик корма? В Японии, например, дважды в год все университеты проводят поминальные службы по животным, умершим в ходе лабораторных испытаний. Ведущий произносит речь и зачитывает список с количеством животных каждого вида, погибшего за последние полгода. Европейцам эти церемонии кажутся смешными, например, когда торжественно поминают тысячи усопших устриц, скончавшихся при производстве жемчужин. Но что-то в этом, согласитесь, есть важное: когда человек находит в себе силы поблагодарить животных и сказать, что их жизнь на земле была не напрасной, он и сам больше становится человеком.

Журнал "Огонёк" №33 от 25.08.2014, стр. 34



2014:08:25
Обсуждение [0]